Пузырь лопнул — экономика осталась
Так есть ли в России кризис? На первый взгляд вопрос риторический — конечно, есть. О кризисе нам денно и нощно напоминают представители власти, рассказывают руководители крупных бизнес-структур, повествуют многочисленные СМИ. Однако даже беглое ознакомление со статистическими выкладками и социологическими исследованиями, то есть с объективными и субъективными индикаторами, приводит к парадоксальному выводу — никакого кризиса в стране нет.
Если что и есть, так это локальные экономические неурядицы, озадачившие отдельные немногочисленные социальные группы — чиновничество, олигархов, а также менеджмент, в особенности белых воротничков. Для основной же массы населения России уходящий год стал не хуже предыдущих, а по отдельным показателям — даже лучше.
Пузыри и пирамиды
Все последние годы на мировых рынках стремительно воздвигались пирамиды: сырьевая, фондовая, инвестиционная и другие. Возьмем, к примеру, нефть. Какая глобальная катастрофа случилась в 2007 г., что цена на нефть марки Brent, составлявшая в начале 2007 г. чуть больше $50 за баррель (а на 12 января и вовсе $49,9), к концу год выросла почти в 2 раза (28 декабря 2007 г. за бочку Brent давали $95,9)? Потребление выросло? Добыча снизилась? Отнюдь — спрос действительно увеличился, но всего на 2,1%, предложение снизилось, но на малозначимые 1,9%, а цена выросла в 2 раза! Больше того, нефтяное ралли продолжилось в первом полугодии 2008 г., достигнув рекорда 3 июля 2008 г., когда баррель Brent застыл на отметке $144,0. К Новому, 2009-му, году нефтяной пузырь уменьшился ровно в 4 раза: 31 декабря нефть в Европе стоила $35,8 за баррель, хотя в предновогодние дни цена опускалась даже ниже $34.
А какая эйфория царила в стане российского чиновничества и сырьевого топ-менеджмента в середине 2008 г. — прогнозы звучали один лучезарнее другого. Например, 10 июня 2008 г. председатель правления ОАО «Газпром» А. Миллер, выступая на Европейском деловом конгрессе во Франции, заявил, что в обозримой перспективе нефть может достичь ценового рубежа в $250 за баррель! 3 июля того же года, в день достижения рекордного рубежа $144,0 за баррель, А. Миллер, находясь в Баку, представил новое прочтение формулы «тысяча на тысячу»: если нефть будет стоить $250, то цена на газ превысит отметку в $1000 за 1000 «кубов». Возможно, когда-нибудь так оно и будет, но в этом году среднегодовая цена на газ для европейских потребителей, как предполагается, будет зафиксирована в диапазоне $260—280 за те же 1000 кубометров.
Впрочем, 2009 г. войдет в историю сырьевого ценообразования продолжением «славных» традиций пирамидостроителей — стартовав с новогодней отметки в $35,8 за баррель, на 23 ноября бочка нефти Brent на европейском рынке стоила $78,1, за неполные 11 месяцев скакнув еще круче, чем в 2007 г., — в 2,2 раза. И это на фоне мировой рецессии, сопровождавшейся стабильным превышением нефтяного предложения над спросом!
Кстати, ровно столько же, $78,1 за баррель, Brent в Европе стоила 13 июля 2007 г., но тогда никто в России ни о каком кризисе даже не заикался. Наоборот, власть искала и успешно находила все новые способы приложения шальных нефтедолларов, одни госкорпорации чего стоят. В ближайшем будущем нефтяные гонки, скорее всего, закончатся так же, как и полтора года назад, — обвалом.
Что служит основанием для столь высокомерной самоуверенности? Практически идентичный стройматериал, с применением которого сооружена новая сырьевая пирамида — накачка рынка необеспеченными деньгами. Только в прошлые годы базисом денежной эмиссии служила вакханалия на фондовом рынке, в частности, карнавальное шествие нарисованных производных ценных бумаг или деривативов, а нынче пузырь раздут воздухом государственных финансовых вливаний. Причем генезис бюджетной помощи одинаков во всех ведущих странах, включая Россию: выделяемые деньги в основной массе оседают в банковском секторе, откуда прямиком поступают на постройку новых сырьевых и фондовых пирамид. Мотивация банкиров проста — средства выделяются в долг, «отбить» который легче всего на финансовых спекуляциях.
Заметим, не только на сырьевом рынке, фондовый рынок ничем не хуже, а рынки ценных бумаг в развивающихся странах — вообще Клондайк. К тому же как-то неудобно получить помощь от правительства и тут же приступить к раздуванию пузыря в собственной стране.
Рост страновых фондовых индексов с 1.01. по 25.11.2009 г. в национальной валюте
На конец ноября Россия и Китай были мировыми чемпионами по росту фондового рынка. И если падение фондовых индексов в прошлом году и в России, и в Китае было примерно одинаковым, то нынешний стремительный взлет можно всецело отнести к спекуляциям. Впрочем, к китайской экономике термин «спекуляции» нужно применять осторожно: рост ВВП Китая в III квартале 2009 г. в сравнении с тем же периодом 2008 г. составил целых 7,7%. К России же — без всякой опаски, в III квартале 2009 г. по сравнению с аналогичным кварталом предыдущего года, по предварительной оценке, мы упали «всего» на 8,9%.
Впрочем, отвлеклись. Текущее состояние российского фондового здоровья на поверку не внушает опасений. Да, определенное ухудшение есть, но назвать его критическим язык не поворачивается. Индекс РТС, равный 1427,6 пункта (по состоянию на 25 ноября 2009 г.), уже фиксировался в недавней экономической истории — в конце марта 2006 г. (27 марта 2006 г. данный индекс составил 1428,6 пункта). Однако в те годы скачкообразный рост российского фондового рынка воспринимался не иначе как подтверждение эффективности проводимого экономического курса. На пресс-конференции 14 февраля 2008 г., подводя итоги 2007 г., президент В. Путин говорил: «Фондовый индекс увеличился на 20 процентов, это чуть меньше, чем в прошлом году, но в прошлом году вообще был рекорд». Еще бы: прирост фондового рынка за 2006 г. на 70,7%, притом что ВВП в том году вырос на 7,7%, промышленное производство — на 6,3%, а сельское хозяйство — на 3,6%, действительно, аномалия.
Через три месяца после той пресс-конференции, 19 мая 2008 г., индекс РТС достиг исторического максимума в 2478,9 пункта. Последующий крутой спуск с вершины привел фондовый рынок страны к отметке 498,2 пункта. Тем не менее если отталкиваться от текущего состояния российского рынка ценных бумаг, то ни о каком фондовом кризисе говорить не приходится: два года назад — рекорд, а ныне — провал, не паранойя ли? Скорее, что тогда, что сейчас в России выстраивается фондовая пирамида, участь которой будет идентична прошлогоднему «ценнобумажному» (и нефтяному) фиаско.
Финансы и романсы
Проанализируем основные макроэкономические достижения России в 2009 г. и докажем, что российская экономика вопреки разноголосым стенаниям не в таком уж плохом состоянии, как кажется. Итак, пунктирно.
ВВП. Этот макроэкономический индикатор сигнализирует, что во II квартале 2009 г. величина ВВП соответствовала аналогичным показателям 2006—2007 гг. Если во II квартале 2009 г. ВВП страны в постоянных ценах 2003 г. (с исключением сезонного фактора) составил 4158,7 млрд руб., то во II квартале 2006 г. — 4020,1 млрд руб., а во II квартале 2007 г. — 4340,7 млрд руб. Как видно, разница незначительная. Добавим, что ВВП как основной показатель развития экономики вызывает все больше нареканий в экспертном сообществе, так как не отражает реальную ситуацию не только в сфере производства, но, что существенно важнее, в разрезе улучшения уровня жизни людей.
Международные резервы. Национальная копилка на 1 ноября 2009 г. аккумулировала ценностей на $434,4 млрд. Приблизительно столько же (конкретно $434,0 млрд) страна сберегла на 12 октября 2007 г. Экономический апокалипсис не просматривается.
Сальдо внешней торговли. По итогам III квартала 2009 г. положительное сальдо внешнеторгового баланса страны составило $33,3 млрд, чуть больше, чем в III кварталах 2005 и 2007 гг. (соответственно $32,4 млрд и $31,1 млрд), и чуть меньше в сравнении с III кварталом 2006 г. ($37,2 млрд). И вновь, сравнивая 2009 г. с 2006—2007 гг., мы констатируем удивительную схожесть показателей.
Курс рубля. На 27 ноября 2009 г. курс национальной валюты составил 28,88 руб./$1. Это, конечно, не 23,13 руб./$, как 16 июля прошлого года, но и не 36,42 руб./$1, как 19 февраля года нынешнего. Интересно, что схожие значения курса неоднократно фиксировались и в 2001-м, и в 2004—2005 гг. Курс национальной валюты в стране, где 75% продовольствия в крупных городах поступает по импорту, доля иностранных лекарств доходит до 80%, а ширпотреба — до 90%, имеет первостепенное значение, но и здесь мы видим, что ничего катастрофического не случилось.
Негосударственный внешний долг. Внешний долг финансового и реального секторов российской экономики, несмотря на мировые неурядицы, снижается незначительно, оставаясь на уровне 2007—2008 гг. Что это за кризис, когда кредитные организации и нефинансовые корпорации спокойно возвращают, реструктуризируют, привлекают новые средства? (См. табл. 1)
Бюджет. Фокусируясь на доходной части федерального бюджета за последние несколько лет, мы обнаружим, что ожидаемые и прогнозируемые доходы в 2009 и 2010 гг. образуют среднюю величину от показателей 2006—2007 гг. Если в 2006 г. доходы федерального бюджета составили 6278,8 млрд, а в 2007 г. — 7781,1 млрд руб, то в 2009 г. доходы ожидаются на уровне 6713,8 млрд руб (скорее всего, они будут выше), а в 2010 г. планируются в сумме 6950,0 млрд руб. Причем нефтегазовые доходы бюджетов 2006 — 2007 и 2009 гг. почти совпадают.
Расходные аппетиты на будущий год правительство обуздать так и не смогло, но не является ли данный факт прямым признаком отсутствия кризиса во властных настроениях? Да, бюджет будущего года сверстан с дефицитом в 2936,9 млрд руб., однако бюджеты 2006—2007 гг., как известно, были профицитными. В «тучные» годы правительство вырыло яму, в которую само же и угодило: рост бюджетных расходов, финансовой основой которого стала ветреная нефтяная конъюнктура, рано или поздно должен был привести к бюджетному дефициту. Что и случилось. Все, что остается правительству, — по аналогии с поздним СССР постоянно акцентировать внимание на социальной ориентации бюджетных трат. Хотя кроме увеличения финансирования Пенсионного фонда (с 18,9% расходов бюджета-2009 до 25,6% расходов бюджета-2010) другие социальные статьи бюджета будущего года в реальном выражении урезаны.
Люди и деньги
Посмотрим, может, люди в материальном плане стали жить хуже. Если оперировать предварительными данными Росстата, то в октябре 2009 г. среднедушевые денежные доходы населения составили 17 712 руб., тогда как по итогам 2008 г. — 15 136 руб. Вроде бы кризис, а доходы растут. Реальные располагаемые денежные доходы (доходы за вычетом обязательных платежей, скорректированные на индекс потребительских цен) в октябре этого года по сравнению с октябрем 2008 г. увеличились на 3,9%, а в январе — октябре 2009 г. в сопоставлении с тем же периодом 2008 г. снизились всего на 0,4%. Ну и где здесь кризис?
Оборот розничной торговли творит чудеса: если сравнивать с «упитанным» 2008 г., то мы сегодняшние как покупатели проигрываем себе прошлогодним, однако если проследить динамику от месяца к месяцу, то вот уже полгода торговый оборот стабильно увеличивается! При этом официальная инфляция по итогам октября застыла на отметке 8,1%, что в прошлом году казалось пределом мечтаний.
Безработица. По итогам нынешнего сентября из 75,8 млн человек, составляющих экономически активное население страны (от 15 до 72 лет), около 5,8 млн человек, или 7,6%, считались безработными. Ровно такое же количество безработных в России в среднем было в 2002—2004 гг. Спешим успокоить оппонентов — российский уровень безработицы в сравнении с другими странами «Большой восьмерки» равен показателям Германии и Великобритании, меньше по сравнению с Канадой (8,4% экономически активного населения), США (9,8%) и Францией (10,0%), но выше, чем в Италии (7,4%) и Японии (5,3%). Серединка на половинку.
Сегодня всех волнует состояние российской промышленности, особенно социально-экономическая ситуация в российских моногородах. Да, проблема есть, но, во-первых, в российской обрабатывающей промышленности занято менее четверти занятого населения (в сфере услуг — более 60%), во-вторых, наша промышленность, испытывая все «прелести» кредитно-инвестиционного сжатия, находится в состоянии поиска динамического равновесия, в-третьих, промышленный спад отмечается во всех развитых странах, и Россия тут далеко не первая. (См. табл. 2)
Вклады и кредиты. На 1 сентября этого года объем вкладов населения в банковском секторе составил 6670,7 млрд, на ту же дату 2008 г. — 5978,0 млрд, 2007 г. — 4542,5 млрд руб. Вот те на — кризис кризисом, а сбережения растут, пусть и меньшими темпами, чем в предыдущие годы.
С кредитами физическим лицам ситуация следующая. На 1 сентября 2009 г. объем кредитов, выданных населению, составил 3659,8 млрд, на 1 сентября 2008 г. — 3890,3 млрд, на 1 сентября 2007 г. — 2812,0 млрд руб. Вроде бы налицо снижение темпов кредитования, но это тот самый случай, когда, как говорил один известный политик, «лучше меньше, да лучше». Вдумайтесь, с 2000 по 2008 г. объем кредитов населению увеличился в 89,9 раза, тогда как денежные доходы — всего в 6,4 раза! В 2007—2008 гг. потребительские кредиты выдавались всем подряд, был бы паспорт. Стоит ли удивляться тому, что с сентября прошлого года по сентябрь нынешнего удельный вес просроченной задолженности по кредитам населению, даже по официальным данным Банка России, увеличился почти в 2 раза, с 3,2% до 6,2%? Спасибо финансовой встряске, а то бы через несколько лет миллионы россиян запросто могли попасть в финансовую кабалу к банкирам.
Здесь самое время вспомнить результаты многочисленных социологических исследований, целью которых было определение доли населения, не имеющего сбережений. Данные шокируют — по разным оценкам, от 2/3 до 73% наших сограждан живут от зарплаты до зарплаты, от пенсии до пенсии, не имея никаких заначек на черный день! У этих людей кризис перманентный, их больше волнуют не мировые экономические потрясения, а прогноз погоды в районе своего приусадебного участка.
С другой стороны, если у кого и есть кризис, так это у белых воротничков. Отнесем к белым воротничкам тех, чьи ежемесячные доходы превышают 50 тыс. руб. Знаете, сколько таких нуворишей насчитывалось в апреле 2009 г.? 4,1% от всех занятых в экономике, или 3,1 млн человек, на которых, кстати, приходится ровно 20% всей начисленной заработной платы по экономике и львиная доля ипотечных и автокредитов. При этом далеко не факт, что все эти люди лишились работы или существенно потеряли в доходах. Почувствуйте разницу: максимум 3,1 млн пострадавших белых воротничков, не менее 5,8 млн мающихся безработных и минимум 94,6 млн, не имеющих никаких сбережений.
Доза и ломка
Возникает закономерный вопрос — если кризиса нет, а это видно из представленных показателей, почему же вокруг столько разговоров о рецессии, «дне» или восстановлении? А потому что от мирового кризиса пострадали в основном те, кто снимал сливки с раздувавшихся пузырей: заинтересованные чиновники, руководители сырьевых корпораций, крупные банкиры и фондовые спекулянты. К несчастью, в тучные годы они установили контроль над многими массмедиа, через которые сегодня насаждают кризисные настроения в обществе.
Все последние годы российская экономика строилась по принципу пирамиды, не зря же аналитики банка «Морган Стэнли», проанализировав текущее экономическое положение в нашей стране, пришли к выводу, что России нужна не просто дорогая, а постоянно дорожающая нефть. Не так давно, сам того не желая, этот пирамидальный диагноз подтвердил министр финансов А. Кудрин: выступая 25 ноября 2009 г. на Совете Федерации, он заявил, что российский бюджет будет бездефицитным, если нефть достигнет $100 за баррель. Впрочем, Кудрин тут же добавил, что считает, «скорее всего, маловероятной устойчивую цену на нефть в 100 долларов в течение трех лет».
Вопрос — за счет каких средств некогда лучший министр финансов Восточной Европы собирается утолять административную и коррупционную жажду российского чиновничества, если Резервный фонд иссякнет уже к концу следующего года? Ведь расходы федерального бюджета в 2010 г. составят 9886,9 млрд, в 2011 г. — 9389,8 млрд, а в 2012 г. — 9681,0 млрд руб ? Модернизация экономики, даже если она начнется с боем новогодних курантов, за год результатов не принесет, малый бизнес в течение года также вряд ли поможет, а приватизация сможет покрыть бюджетный дефицит не более чем на 2%. Выходов немного: внешние и внутренние заимствования, денежная эмиссия и девальвация.
В свете пирамидальной структуры экономики страны достоин ли удивления тот факт, что в лучших друзьях правительства ходят лишь олигархи-«пирамидостроители»? Все последние годы им нужно было прежде всего повышение капитализации своих корпораций, что позволяло брать огромные иностранные кредиты, покупать любые мало-мальски прибыльные предприятия и выгребать из них всю прибыль подчистую. В наши дни практически все «герои вчерашних дней» являются техническими банкротами. Государство как главный партнер помогает как может, но и его ресурсы не безграничны, больше того, в следующем году эти ресурсы, скорее всего, закончатся. Тогда-то и грянет настоящий кризис, прелюдию к которому нынче виртуозно исполняют члены кабинета министров.
Если сегодня кризиса нет, это не значит, что он не наступит в ближайшем будущем. Тогда-то мы и будем вспоминать нынешний год как предкризисно благополучный. Что же до симптомов, то обывателю определить наступление кризиса несложно — он наступит тогда, когда в туалетных комнатах офисов, кафе или театров исчезнут бумажные салфетки. Проверьте — есть? Значит, пока все хорошо.
Никита КричевскийЕсли что и есть, так это локальные экономические неурядицы, озадачившие отдельные немногочисленные социальные группы — чиновничество, олигархов, а также менеджмент, в особенности белых воротничков. Для основной же массы населения России уходящий год стал не хуже предыдущих, а по отдельным показателям — даже лучше.
Пузыри и пирамиды
Все последние годы на мировых рынках стремительно воздвигались пирамиды: сырьевая, фондовая, инвестиционная и другие. Возьмем, к примеру, нефть. Какая глобальная катастрофа случилась в 2007 г., что цена на нефть марки Brent, составлявшая в начале 2007 г. чуть больше $50 за баррель (а на 12 января и вовсе $49,9), к концу год выросла почти в 2 раза (28 декабря 2007 г. за бочку Brent давали $95,9)? Потребление выросло? Добыча снизилась? Отнюдь — спрос действительно увеличился, но всего на 2,1%, предложение снизилось, но на малозначимые 1,9%, а цена выросла в 2 раза! Больше того, нефтяное ралли продолжилось в первом полугодии 2008 г., достигнув рекорда 3 июля 2008 г., когда баррель Brent застыл на отметке $144,0. К Новому, 2009-му, году нефтяной пузырь уменьшился ровно в 4 раза: 31 декабря нефть в Европе стоила $35,8 за баррель, хотя в предновогодние дни цена опускалась даже ниже $34.
А какая эйфория царила в стане российского чиновничества и сырьевого топ-менеджмента в середине 2008 г. — прогнозы звучали один лучезарнее другого. Например, 10 июня 2008 г. председатель правления ОАО «Газпром» А. Миллер, выступая на Европейском деловом конгрессе во Франции, заявил, что в обозримой перспективе нефть может достичь ценового рубежа в $250 за баррель! 3 июля того же года, в день достижения рекордного рубежа $144,0 за баррель, А. Миллер, находясь в Баку, представил новое прочтение формулы «тысяча на тысячу»: если нефть будет стоить $250, то цена на газ превысит отметку в $1000 за 1000 «кубов». Возможно, когда-нибудь так оно и будет, но в этом году среднегодовая цена на газ для европейских потребителей, как предполагается, будет зафиксирована в диапазоне $260—280 за те же 1000 кубометров.
Впрочем, 2009 г. войдет в историю сырьевого ценообразования продолжением «славных» традиций пирамидостроителей — стартовав с новогодней отметки в $35,8 за баррель, на 23 ноября бочка нефти Brent на европейском рынке стоила $78,1, за неполные 11 месяцев скакнув еще круче, чем в 2007 г., — в 2,2 раза. И это на фоне мировой рецессии, сопровождавшейся стабильным превышением нефтяного предложения над спросом!
Кстати, ровно столько же, $78,1 за баррель, Brent в Европе стоила 13 июля 2007 г., но тогда никто в России ни о каком кризисе даже не заикался. Наоборот, власть искала и успешно находила все новые способы приложения шальных нефтедолларов, одни госкорпорации чего стоят. В ближайшем будущем нефтяные гонки, скорее всего, закончатся так же, как и полтора года назад, — обвалом.
Что служит основанием для столь высокомерной самоуверенности? Практически идентичный стройматериал, с применением которого сооружена новая сырьевая пирамида — накачка рынка необеспеченными деньгами. Только в прошлые годы базисом денежной эмиссии служила вакханалия на фондовом рынке, в частности, карнавальное шествие нарисованных производных ценных бумаг или деривативов, а нынче пузырь раздут воздухом государственных финансовых вливаний. Причем генезис бюджетной помощи одинаков во всех ведущих странах, включая Россию: выделяемые деньги в основной массе оседают в банковском секторе, откуда прямиком поступают на постройку новых сырьевых и фондовых пирамид. Мотивация банкиров проста — средства выделяются в долг, «отбить» который легче всего на финансовых спекуляциях.
Заметим, не только на сырьевом рынке, фондовый рынок ничем не хуже, а рынки ценных бумаг в развивающихся странах — вообще Клондайк. К тому же как-то неудобно получить помощь от правительства и тут же приступить к раздуванию пузыря в собственной стране.
Рост страновых фондовых индексов с 1.01. по 25.11.2009 г. в национальной валюте
На конец ноября Россия и Китай были мировыми чемпионами по росту фондового рынка. И если падение фондовых индексов в прошлом году и в России, и в Китае было примерно одинаковым, то нынешний стремительный взлет можно всецело отнести к спекуляциям. Впрочем, к китайской экономике термин «спекуляции» нужно применять осторожно: рост ВВП Китая в III квартале 2009 г. в сравнении с тем же периодом 2008 г. составил целых 7,7%. К России же — без всякой опаски, в III квартале 2009 г. по сравнению с аналогичным кварталом предыдущего года, по предварительной оценке, мы упали «всего» на 8,9%.
Впрочем, отвлеклись. Текущее состояние российского фондового здоровья на поверку не внушает опасений. Да, определенное ухудшение есть, но назвать его критическим язык не поворачивается. Индекс РТС, равный 1427,6 пункта (по состоянию на 25 ноября 2009 г.), уже фиксировался в недавней экономической истории — в конце марта 2006 г. (27 марта 2006 г. данный индекс составил 1428,6 пункта). Однако в те годы скачкообразный рост российского фондового рынка воспринимался не иначе как подтверждение эффективности проводимого экономического курса. На пресс-конференции 14 февраля 2008 г., подводя итоги 2007 г., президент В. Путин говорил: «Фондовый индекс увеличился на 20 процентов, это чуть меньше, чем в прошлом году, но в прошлом году вообще был рекорд». Еще бы: прирост фондового рынка за 2006 г. на 70,7%, притом что ВВП в том году вырос на 7,7%, промышленное производство — на 6,3%, а сельское хозяйство — на 3,6%, действительно, аномалия.
Через три месяца после той пресс-конференции, 19 мая 2008 г., индекс РТС достиг исторического максимума в 2478,9 пункта. Последующий крутой спуск с вершины привел фондовый рынок страны к отметке 498,2 пункта. Тем не менее если отталкиваться от текущего состояния российского рынка ценных бумаг, то ни о каком фондовом кризисе говорить не приходится: два года назад — рекорд, а ныне — провал, не паранойя ли? Скорее, что тогда, что сейчас в России выстраивается фондовая пирамида, участь которой будет идентична прошлогоднему «ценнобумажному» (и нефтяному) фиаско.
Финансы и романсы
Проанализируем основные макроэкономические достижения России в 2009 г. и докажем, что российская экономика вопреки разноголосым стенаниям не в таком уж плохом состоянии, как кажется. Итак, пунктирно.
ВВП. Этот макроэкономический индикатор сигнализирует, что во II квартале 2009 г. величина ВВП соответствовала аналогичным показателям 2006—2007 гг. Если во II квартале 2009 г. ВВП страны в постоянных ценах 2003 г. (с исключением сезонного фактора) составил 4158,7 млрд руб., то во II квартале 2006 г. — 4020,1 млрд руб., а во II квартале 2007 г. — 4340,7 млрд руб. Как видно, разница незначительная. Добавим, что ВВП как основной показатель развития экономики вызывает все больше нареканий в экспертном сообществе, так как не отражает реальную ситуацию не только в сфере производства, но, что существенно важнее, в разрезе улучшения уровня жизни людей.
Международные резервы. Национальная копилка на 1 ноября 2009 г. аккумулировала ценностей на $434,4 млрд. Приблизительно столько же (конкретно $434,0 млрд) страна сберегла на 12 октября 2007 г. Экономический апокалипсис не просматривается.
Сальдо внешней торговли. По итогам III квартала 2009 г. положительное сальдо внешнеторгового баланса страны составило $33,3 млрд, чуть больше, чем в III кварталах 2005 и 2007 гг. (соответственно $32,4 млрд и $31,1 млрд), и чуть меньше в сравнении с III кварталом 2006 г. ($37,2 млрд). И вновь, сравнивая 2009 г. с 2006—2007 гг., мы констатируем удивительную схожесть показателей.
Курс рубля. На 27 ноября 2009 г. курс национальной валюты составил 28,88 руб./$1. Это, конечно, не 23,13 руб./$, как 16 июля прошлого года, но и не 36,42 руб./$1, как 19 февраля года нынешнего. Интересно, что схожие значения курса неоднократно фиксировались и в 2001-м, и в 2004—2005 гг. Курс национальной валюты в стране, где 75% продовольствия в крупных городах поступает по импорту, доля иностранных лекарств доходит до 80%, а ширпотреба — до 90%, имеет первостепенное значение, но и здесь мы видим, что ничего катастрофического не случилось.
Негосударственный внешний долг. Внешний долг финансового и реального секторов российской экономики, несмотря на мировые неурядицы, снижается незначительно, оставаясь на уровне 2007—2008 гг. Что это за кризис, когда кредитные организации и нефинансовые корпорации спокойно возвращают, реструктуризируют, привлекают новые средства? (См. табл. 1)
Бюджет. Фокусируясь на доходной части федерального бюджета за последние несколько лет, мы обнаружим, что ожидаемые и прогнозируемые доходы в 2009 и 2010 гг. образуют среднюю величину от показателей 2006—2007 гг. Если в 2006 г. доходы федерального бюджета составили 6278,8 млрд, а в 2007 г. — 7781,1 млрд руб, то в 2009 г. доходы ожидаются на уровне 6713,8 млрд руб (скорее всего, они будут выше), а в 2010 г. планируются в сумме 6950,0 млрд руб. Причем нефтегазовые доходы бюджетов 2006 — 2007 и 2009 гг. почти совпадают.
Расходные аппетиты на будущий год правительство обуздать так и не смогло, но не является ли данный факт прямым признаком отсутствия кризиса во властных настроениях? Да, бюджет будущего года сверстан с дефицитом в 2936,9 млрд руб., однако бюджеты 2006—2007 гг., как известно, были профицитными. В «тучные» годы правительство вырыло яму, в которую само же и угодило: рост бюджетных расходов, финансовой основой которого стала ветреная нефтяная конъюнктура, рано или поздно должен был привести к бюджетному дефициту. Что и случилось. Все, что остается правительству, — по аналогии с поздним СССР постоянно акцентировать внимание на социальной ориентации бюджетных трат. Хотя кроме увеличения финансирования Пенсионного фонда (с 18,9% расходов бюджета-2009 до 25,6% расходов бюджета-2010) другие социальные статьи бюджета будущего года в реальном выражении урезаны.
Люди и деньги
Посмотрим, может, люди в материальном плане стали жить хуже. Если оперировать предварительными данными Росстата, то в октябре 2009 г. среднедушевые денежные доходы населения составили 17 712 руб., тогда как по итогам 2008 г. — 15 136 руб. Вроде бы кризис, а доходы растут. Реальные располагаемые денежные доходы (доходы за вычетом обязательных платежей, скорректированные на индекс потребительских цен) в октябре этого года по сравнению с октябрем 2008 г. увеличились на 3,9%, а в январе — октябре 2009 г. в сопоставлении с тем же периодом 2008 г. снизились всего на 0,4%. Ну и где здесь кризис?
Оборот розничной торговли творит чудеса: если сравнивать с «упитанным» 2008 г., то мы сегодняшние как покупатели проигрываем себе прошлогодним, однако если проследить динамику от месяца к месяцу, то вот уже полгода торговый оборот стабильно увеличивается! При этом официальная инфляция по итогам октября застыла на отметке 8,1%, что в прошлом году казалось пределом мечтаний.
Безработица. По итогам нынешнего сентября из 75,8 млн человек, составляющих экономически активное население страны (от 15 до 72 лет), около 5,8 млн человек, или 7,6%, считались безработными. Ровно такое же количество безработных в России в среднем было в 2002—2004 гг. Спешим успокоить оппонентов — российский уровень безработицы в сравнении с другими странами «Большой восьмерки» равен показателям Германии и Великобритании, меньше по сравнению с Канадой (8,4% экономически активного населения), США (9,8%) и Францией (10,0%), но выше, чем в Италии (7,4%) и Японии (5,3%). Серединка на половинку.
Сегодня всех волнует состояние российской промышленности, особенно социально-экономическая ситуация в российских моногородах. Да, проблема есть, но, во-первых, в российской обрабатывающей промышленности занято менее четверти занятого населения (в сфере услуг — более 60%), во-вторых, наша промышленность, испытывая все «прелести» кредитно-инвестиционного сжатия, находится в состоянии поиска динамического равновесия, в-третьих, промышленный спад отмечается во всех развитых странах, и Россия тут далеко не первая. (См. табл. 2)
Вклады и кредиты. На 1 сентября этого года объем вкладов населения в банковском секторе составил 6670,7 млрд, на ту же дату 2008 г. — 5978,0 млрд, 2007 г. — 4542,5 млрд руб. Вот те на — кризис кризисом, а сбережения растут, пусть и меньшими темпами, чем в предыдущие годы.
С кредитами физическим лицам ситуация следующая. На 1 сентября 2009 г. объем кредитов, выданных населению, составил 3659,8 млрд, на 1 сентября 2008 г. — 3890,3 млрд, на 1 сентября 2007 г. — 2812,0 млрд руб. Вроде бы налицо снижение темпов кредитования, но это тот самый случай, когда, как говорил один известный политик, «лучше меньше, да лучше». Вдумайтесь, с 2000 по 2008 г. объем кредитов населению увеличился в 89,9 раза, тогда как денежные доходы — всего в 6,4 раза! В 2007—2008 гг. потребительские кредиты выдавались всем подряд, был бы паспорт. Стоит ли удивляться тому, что с сентября прошлого года по сентябрь нынешнего удельный вес просроченной задолженности по кредитам населению, даже по официальным данным Банка России, увеличился почти в 2 раза, с 3,2% до 6,2%? Спасибо финансовой встряске, а то бы через несколько лет миллионы россиян запросто могли попасть в финансовую кабалу к банкирам.
Здесь самое время вспомнить результаты многочисленных социологических исследований, целью которых было определение доли населения, не имеющего сбережений. Данные шокируют — по разным оценкам, от 2/3 до 73% наших сограждан живут от зарплаты до зарплаты, от пенсии до пенсии, не имея никаких заначек на черный день! У этих людей кризис перманентный, их больше волнуют не мировые экономические потрясения, а прогноз погоды в районе своего приусадебного участка.
С другой стороны, если у кого и есть кризис, так это у белых воротничков. Отнесем к белым воротничкам тех, чьи ежемесячные доходы превышают 50 тыс. руб. Знаете, сколько таких нуворишей насчитывалось в апреле 2009 г.? 4,1% от всех занятых в экономике, или 3,1 млн человек, на которых, кстати, приходится ровно 20% всей начисленной заработной платы по экономике и львиная доля ипотечных и автокредитов. При этом далеко не факт, что все эти люди лишились работы или существенно потеряли в доходах. Почувствуйте разницу: максимум 3,1 млн пострадавших белых воротничков, не менее 5,8 млн мающихся безработных и минимум 94,6 млн, не имеющих никаких сбережений.
Доза и ломка
Возникает закономерный вопрос — если кризиса нет, а это видно из представленных показателей, почему же вокруг столько разговоров о рецессии, «дне» или восстановлении? А потому что от мирового кризиса пострадали в основном те, кто снимал сливки с раздувавшихся пузырей: заинтересованные чиновники, руководители сырьевых корпораций, крупные банкиры и фондовые спекулянты. К несчастью, в тучные годы они установили контроль над многими массмедиа, через которые сегодня насаждают кризисные настроения в обществе.
Все последние годы российская экономика строилась по принципу пирамиды, не зря же аналитики банка «Морган Стэнли», проанализировав текущее экономическое положение в нашей стране, пришли к выводу, что России нужна не просто дорогая, а постоянно дорожающая нефть. Не так давно, сам того не желая, этот пирамидальный диагноз подтвердил министр финансов А. Кудрин: выступая 25 ноября 2009 г. на Совете Федерации, он заявил, что российский бюджет будет бездефицитным, если нефть достигнет $100 за баррель. Впрочем, Кудрин тут же добавил, что считает, «скорее всего, маловероятной устойчивую цену на нефть в 100 долларов в течение трех лет».
Вопрос — за счет каких средств некогда лучший министр финансов Восточной Европы собирается утолять административную и коррупционную жажду российского чиновничества, если Резервный фонд иссякнет уже к концу следующего года? Ведь расходы федерального бюджета в 2010 г. составят 9886,9 млрд, в 2011 г. — 9389,8 млрд, а в 2012 г. — 9681,0 млрд руб ? Модернизация экономики, даже если она начнется с боем новогодних курантов, за год результатов не принесет, малый бизнес в течение года также вряд ли поможет, а приватизация сможет покрыть бюджетный дефицит не более чем на 2%. Выходов немного: внешние и внутренние заимствования, денежная эмиссия и девальвация.
В свете пирамидальной структуры экономики страны достоин ли удивления тот факт, что в лучших друзьях правительства ходят лишь олигархи-«пирамидостроители»? Все последние годы им нужно было прежде всего повышение капитализации своих корпораций, что позволяло брать огромные иностранные кредиты, покупать любые мало-мальски прибыльные предприятия и выгребать из них всю прибыль подчистую. В наши дни практически все «герои вчерашних дней» являются техническими банкротами. Государство как главный партнер помогает как может, но и его ресурсы не безграничны, больше того, в следующем году эти ресурсы, скорее всего, закончатся. Тогда-то и грянет настоящий кризис, прелюдию к которому нынче виртуозно исполняют члены кабинета министров.
Если сегодня кризиса нет, это не значит, что он не наступит в ближайшем будущем. Тогда-то мы и будем вспоминать нынешний год как предкризисно благополучный. Что же до симптомов, то обывателю определить наступление кризиса несложно — он наступит тогда, когда в туалетных комнатах офисов, кафе или театров исчезнут бумажные салфетки. Проверьте — есть? Значит, пока все хорошо.
07.12.2009
..."(полный текст)
P.S... (НЕЗАКОНЧЕНО!)
Сообщения
