Сайт "Независимое военное обозрение"...
Армейский мозг с непрофессиональными извилинами
Заявления, исходящие из Генштаба, способны скомпрометировать политические цели военной реформы
Николай Макаров может удивить своми заявлениями любого военного профессионала. |
Год назад, 14 октября глава военного ведомства в ходе Коллегии Минобороны РФ сделал официальное заявление о создании нового облика Вооруженных сил. Поначалу казалось – все правомерно: пришел новый министр, значит, начинается новый этап военного реформирования. Так уж в новой России повелось.
Но ошиблись аналитики и обыватели. Масштабы оказались поразительными, сравнимыми разве что с упразднением императорской русской армии в 1917–1918 гг. Фактически со второй половины этого года началась полная разборка российской армии (или, как ее иногда называют, бледной тени советской армии). Реформации подвергаются практически все существующие на 2008 г. структуры – центральные органы военного управления, виды Вооруженных Сил и рода войск, военные комиссариаты и военная приемка, пресс-службы, военные средства массовой информации и военная медицина. Пожалуй, нет сферы и сектора, куда не добрались руки реформаторов.
Но ошиблись аналитики и обыватели. Масштабы оказались поразительными, сравнимыми разве что с упразднением императорской русской армии в 1917–1918 гг. Фактически со второй половины этого года началась полная разборка российской армии (или, как ее иногда называют, бледной тени советской армии). Реформации подвергаются практически все существующие на 2008 г. структуры – центральные органы военного управления, виды Вооруженных Сил и рода войск, военные комиссариаты и военная приемка, пресс-службы, военные средства массовой информации и военная медицина. Пожалуй, нет сферы и сектора, куда не добрались руки реформаторов.
Первая реакция – оцепенение от реформистских замыслов. Затем пробуешь ответить на вопрос: возможно ли все это? И, наконец, приходишь к успокительному для себя выводу – политики, конечно, реформаторы по своему духу. Может, они не досконально разбираются в военных проблемах, но для этого же существует военное управление, Генеральный штаб в частности. Так покажут политикам слабые места, убедят их. В конце концов будет найден консенсус – и нынешние сомнения окажутся напрасными. Не зря же Генштаб называют мозгом армии, там служат настоящие профи военного дела.
И тон задает его начальник, сегодня – генерал армии Николай Макаров.
И вот минул год, достаточное время, чтобы поставить все точки над «i».
Что же мы имеем в сухом остатке?
РЕФОРМИСТСКИЕ НЕПОНЯТКИ
До сих пор неясно, какие факторы повлияли на ускоренный слом остатков советской военной машины. Какие-либо внешние или внутренние причины и обстоятельства, вследствие которых реформаторскому погрому были подвергнуты все сферы и области жизнедеятельности Вооруженных Сил, не прослеживаются.
Достаточно просмотреть выступления Верховного Главнокомандующего и министра обороны на ежегодных сборах руководящего состава в период с 2000 по 2007 гг., чтобы убедиться – в них нет даже намеков на то, что в 2008 г. Вооруженные Силы будут подвергнуты столь радикальному реформированию.
Словом, совсем недавно ничто не предвещало столь стремительного преобразования армии и флота. Каким-то образом пристроить к реформациям пятидневную войну августа 2008 г. не получается. Совершенно очевидно, что все задумывалось и начиналось еще до нее. Да и катализатором реформ эта война не явилась ни коим образом.
И поныне широкой общественности неизвестно – кто же является автором столь значительных преобразований армии и флота? Неясен и ответ на вопрос – когда возник этот реформаторский план? Где и кем конкретно он составлялся? Сколько будут стоить российскому налогоплательщику затеваемые и активно проводимые организационные мероприятия? Кто конкретно из первых лиц государства руководит сегодня военной реформой? Кто ставил задачу преобразования Вооруженных Сил министру обороны Анатолию Сердюкову и при каких обстоятельствах? Что при этом главе военного ведомства говорилось конкретно? Какие назначались сроки?
Одно совершенно очевидно – Генеральный штаб, на который возложены обязанности по разработке плана строительства Вооруженных Сил Российской Федерации и координации работы по строительству и развитию Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов тут ни при чем. Кипучая деятельность во многом осуществлялась не в кабинетах Генерального штаба.
О многих задумках в сфере военного строительства Генштабу и его начальнику становилось известно далеко не в первую очередь. Надо полагать, нынешнее руководство Генштаба подобная унизительная роль устраивает. Если бы не устраивала, то последовали бы отставки. А поскольку их нет, то налицо умелое колебание вместе с генеральной линией руководства Минобороны.
«НАМ ЭКСПЕРИМЕНТОВ НЕКОГДА СТАВИТЬ»
Вот, в частности, что по поводу быстроты и натиска в деле демонтажа Вооруженных Сил советского образца говорил в мае 2009 г. руководитель Генштаба генерал Николай Макаров: «Реорганизацию Вооруженных Сил надо проводить очень оптимально, качественно и очень быстро, потому что армия теряет свою боеспособность. Это была одна из причин, почему нас критикуют – почему так быстро, почему без экспериментов. Нам экспериментов некогда ставить. Нам надо, быстро засучив рукава до плеч, просто вкалывать для того, чтобы сделать те ВС, чтобы они были гарантом целостности государства, чтобы они пользовались уважением у нашего народа и уважением у наших недругов».
Уместен вопрос: чего это вдруг «нам эксперементов ставить некогда»?. Времени-то было предостаточно и сейчас никто не угрожает новым военным походом на Отечество. Начиная с 1987 г. ничего нового в отечественных Вооруженных Силах не происходило. За исключением, пожалуй, бесконечной череды организационно-штатных мероприятий сократительного характера. На этом же уровне (1987 г.) находится практически все вооружение и военная техника российской армии. Примерно на этой же отметке застыла и военная мысль. Совершенно потерянными для военного строительства следует считать 1990-е гг. и, что особенно обидно, тучные 2000–2008 гг.
Причем обратите внимание – строить новую армию и флот предлагается, по словам Николая Макарова, «очень оптимально, качественно и очень быстро». Однако на практике так не бывает – чтобы быстро, да еще при этом качественно, да еще плюс ко всему и оптимально.
Важно при этом иметь в виду, что создание Вооруженных Сил сегодня осуществляется для противодействия настолько удаленным в будущее угрозам, что они не могут быть уверенно спрогнозированы. Решения по Вооруженным Силам в принципе не могут основываться на базе краткосрочного планирования. В частности, военный потенциал, которым располагает в настоящее время Россия (и будет еще иметь его в течение ближайшего времени), во многом является результатом решений, принятых в советские времена Леонидом Брежневым и Дмитрием Устиновым. Можно не сомневаться, ожидаемые реформации вполне могут нанести долговременный урон даже тому истаивающему военному потенциалу, который сохраняется сегодня.
Иными словами, быстрота в строительстве Вооруженных Сил недопустима по определению. Семь раз отмерь, один раз отрежь – именно этим правилом следовало бы руководствоваться при создании армии и флота. А у нас: «Нам экспериментов некогда ставить». Результат, который будет достигнут по завершению преобразований, во многом очевиден уже сегодня. Хорошо бы, чтобы об этом сразу было сказано начальником Генерального штаба. Вместо этого – слишком много заявлений и речей исходит из Генштаба...
..."(полный текст)
..."(полный текст)
P.S...
Сообщения
