Куда идет Россия
Гражданское послание президенту
Напоминаем — позиции авторов вовсе необязательно совпадают с мнением редакции, что, впрочем, и невозможно, если идет серьезная дискуссия.
Уважаемый господин президент! Вы опубликовали статью «Россия, вперед!», в которой признали наличие ряда проблем, сообщили о подготовке пяти инновационных проектов и пригласили читателей к обсуждению. Полемика рядового гражданина с лидером государства — жанр, мягко говоря, не совсем традиционный, но Вы сами предложили участвовать в дискуссии оппонентам, и я принимаю это предложение.
Прежде всего, надо сказать, что в основании Вашей статьи нет ни методологии, ни концепции, она отражает субъективное авторское видение. Вести полемику с таким подходом — все равно, что дискутировать с художниками, написавшими непохожие портреты одной и той же дамы. Но социальная теория (если она теория, а не политтехнология) — это не живопись, а наука. И потому подчеркну, что как минимум два сформулированных Вами тезиса, цитируемые газетами разных стран, нуждаются в срочной корректировке. Боюсь, они также подпадают под указ «против фальсификации истории». В тексте говорится о «вековой экономической отсталости» и «вековой коррупции», которые не дают России подняться.
Высказывания такого типа вообще недопустимы и никогда не делаются госруководителями, они глубоко задевают гражданские и национальные чувства, угнетают общественное сознание. К сожалению, не все читали Василия Макаровича Шукшина, писавшего, что «за свою историю русский народ отобрал, сохранил, возвел в степень уважения человеческие качества, не подлежащие пересмотру — честность, совестливость, трудолюбие и доброту». Не все помнят, что после Февральской революции была создана правительственная комиссия, проверявшая деятельность прежней власти и не выявившая сколько-нибудь серьезные финансовые нарушения.
Говоря точнее, рассуждения о «вековой коррупции и отсталости» как причине нашего отставания просто не соответствуют действительности и переваливают вину с больной головы на здоровую. Напомню, что на рубеже ХIХ и ХХ веков Россия стала страной первого евразийского экономического чуда. С 1890 по 1916 годы темпы роста ВВП были у нас самыми высокими в мире. Начало прошлого века ознаменовано реализацией блестящего технологического проекта — за 15 лет была построена уникальная трансширотная магистраль — Транссиб. Последний действительно является косвенным символом советско-постсоветской вековой отсталости, ибо за прошедшие 90 лет шоссейную трассу в том же направлении власти так и не достроили. Добавлю, что про «дураки и дороги» Гоголь никогда не писал, «две беды» — народный фольклор нашего времени.
Так кто же обладает дурной генетикой — историческая Россия или советская? В поисках ответа обратимся к опыту Финляндии — так сказать «советского Тайваня», развивавшейся в составе Империи более века и не вошедшей в Совдепию. Суоми, где белое движение одолело красных, где 70 лет не строилось «светлое будущее», сегодня со своим двухтысячеевровым ежемесячным среднедушевым доходом входит в десятку наиболее развитых государств мира (в частности и по технологиям, и по «некоррумпированности»).
Но и то, что выросло из краснототалитарного корня — от Пхеньяна и Ашхабада до Вильнюса и бывшего Восточного Берлина, — развивается по-разному. Страны и народы, отказавшиеся от «коммунистического» прошлого действительно движутся вперед. Прежние территории России и СССР — Балтия, Польша — отвергли комидеологию и не являются лидерами по коррупции и технологическому отставанию, зато в Калининграде (части бывшей Германии) ставится цель в ближайшие 10 лет догнать Литву (?!). Добавим, что если Украине, при всей сложности существующих и создаваемых перед нею проблем, удастся распрощаться с больной советскостью, то и она выйдет на передовые позиции. Значит, водораздел проходит не между вечно отсталой Россией и продвинутым внешним миром, а между ленинско-сталинским тоталитаризмом с его последователями и всем остальным историческим временем и социальным пространством.
Представленная логика подводит еще к одной критической точке. Дмитрий Анатольевич как бы не заметил, что само название статьи в ее собственном контексте, лишено смысла. Про «вперед» скажу позже, про «Россию» — сейчас. О какой России идет речь? Автор «забыл», что между исторической Россией и СССР не меньший разрыв, чем между Третьим рейхом и ФРГ. Советское уничтожало российское «до основания» с момента Октябрьского государственного переворота. Между СССР и исторической Россией Гражданская война, ГУЛАГ, раскулачивание, расказачивание, коллективизация, депортации, искусственный голод… Словом, коммунистическая идеология и десятки миллионов уничтоженных русских людей. Как писал Солженицын, СССР соотносится с исторической Россией, как убийца с убитым. Какую же Россию автор зовет вперед?
К какой России мы пришли. Общая оценка
Создавшееся в стране положение следует считать системным кризисом. Преодолеть его, сохраняя существующий политический механизм, невозможно. Проявление кризиса многолико, оно в деградации, в остановке нашего устаревшего производства.
Россия, впервые за 80 лет, перестала быть индустриальным государством. Аграрный сектор лишь наполовину покрывает потребности в сельхозпродукции, животноводство почти исчезло, и потому еще выращиваемое в стране зерно некуда деть. Россия перестала быть аграрным государством. Мы живем преимущественно за счет сырьевого экспорта. Причем каждый пятый кубометр добываемого газа сжигается впустую, мы мировые лидеры по потерям, а российскую нефть перерабатывают страны-покупатели (как известно, продукты нефтепереработки в десятки и сотни раз дороже исходного сырья). Доказывать необходимость «полной перезагрузки» армии, милиции, ФСБ, судебных органов излишне.
Разговору о новых проектах на тонущем корабле должно предшествовать восстановление плавучести. Для этого необходимо проинформировать общество о затянувшемся кризисе, а затем начать поиск выхода из сложившейся ситуации.
Какие проблемы самые главные и как их решать
Наша самая острая проблема — демографическая. Россия вымирает, каждый год убыль превышает прирост почти на миллион человек. Так происходит не из-за низкой рождаемости, как твердят политтехнологи (она у нас не ниже, чем в странах Евросоюза). Материнский капитал делу не помеха, но не он решает проблему. Так происходит из-за сверхсмертности (появился новый термин, не знакомый прежним демографам).
Регулировать рождаемость крайне сложно, а вот управлять процессом смертности относительно легко. Главная причина происходящего — целенаправленное снижение расходов на здравоохранение. Даже в СССР средняя продолжительность жизни была 70 лет, сейчас у мужчин она доведена до 59. Половина родившихся в ХХI веке детей в развитых странах доживут до 100 лет, а наши дети недотянут и до 50! Граждане нужны государству как работники и спонсоры пенсионного фонда, но не как его потребители. Тяжело сознавать, что соотечественники, страдающие серьезными, но излечимыми медициной болезнями вымирают на глазах у всех. Государство их кинуло, переведя деньги в зарубежные фонды. Добавлю, что многие больные не самыми тяжелыми, но хроническими болезнями, также оказываются в безвыходном положении. Ведь официально бесплатная медицина у нас давно платная и запредельно дорогая. Обычные лекарства стоят 500, 1000 и 2000 рублей, а средняя зарплата — 7—10 тысяч рублей, про пенсии я и не говорю. У нас уже опустели десятки тысяч сел и деревень, закрываются школы, детские сады. Депрессивными негласно считаются многие области и республики. Теперь намечено «закрыть» и расселить несколько десятков моногородов… Впрочем, причины происходящего не только в повышенной смертности — кризис-то системный, но и в коррупции, и в неэффективном управлении. В итоге средств, необходимых для своевременной модернизации предприятий, для обновления инфраструктуры просто нет.
Показательно, что россияне, вынужденные эмигрировать в развитые страны, очень быстро встраиваются в новые стандарты продолжительности жизни, ведь расходы на здравоохранение там достаточные.
Наряду с урезанным бюджетом Минздрава другой важнейший «ускоритель смертности» — это алкоголь. Опекаемые властью СМИ не могут освободиться от советской лжи про «русское пьянство», которого никогда не было. В 1913 году Россия занимала 70-е место в мире по потреблению алкоголя (4,7 литра на человека в пересчете на чистый спирт в год). Политика спаивания сложилась в советское время. К началу перестройки соответствующий показатель составил около 10 литров на человека, а сверхспаивание происходит в постсоветские десятилетия. Теперь с 18 литрами на человека в год мы вышли на первое место в мире, притом что медицинский предел, после которого наступает деградация всего общества, составляет 8 литров. Добавим, что и по потреблению табака нас вывели на 1-е место в мире, а деятельность Госнаркоконтроля привела к тому, что уровень наркотизации России в 5—7 раз выше запада Европы.
Способна ли наша власть и хочет ли вернуть страну к норме? Готова ли на 2—3 месяца ввести сухой закон и провести мощную информационную антиалкогольную кампанию? Может ли изменить сформированные СМИ стереотипы — прежде всего вернуть общество к моральному осуждению пьянства? Захочет ли государство последовательно, в течение нескольких лет сокращать производство и повышать цены на водку, убрать из продажи «Путинку», отлучить от зелья молодежь? Уточним, что предлагаемые основы программы преодоления не заработают, если созданную государственными телеканалами зловонную атмосферу лжи, растления и деградации не заменит свежий воздух свободы, творческого поиска, гражданской дискуссий.
Другая острейшая российская проблема — раковая опухоль бюрократии. Чиновничество, необходимое в любом государстве, в нашем случае функционирует как оккупационный режим, как пущенный по головам асфальтовый каток. Столоначальники не служат России, они обслуживают самих себя. Под расхолаживающие общество властные призывы сократиться, их численность постоянно растет. Необходимо отбросить демагогию, проявить политическую волю и приступить к реальному решению проблемы. Напомню, что сокращение госслужащих возможно и проводилось у нас неоднократно. (Бывший первый секретарь ЦК КПСС Н. Хрущев довольно эффективно уменьшил численность Советской армии на 600 тысяч и даже на 1 200 тысяч человек.)
Как это делается? В нескольких центральных изданиях руководители всех управленческих структур должны назвать количество своих сотрудников. Параллельно представители гражданских организаций и независимых политических партий также выявляют численность чиновников. Затем приемы, которые столоначальники применяют по отношению к бизнесу и гражданам — лицензирование, квотирование, перерегистрирование, экспертирование и т.д., — управленцев обязывают применить к самим себе. Начальники по разработанным ими же правилам сдают экзамены и набирают очки. Итогом должно стать механическое сокращение от трети до половины «отстающих». Если какое-то ведомство не способно выполнить поставленную задачу, оно распускается полностью. Селекция бюрократии широко обсуждается и освещается в СМИ. Предложенный механизм запускают сначала в нескольких областях с последующим переходом на все регионы. По завершении этого этапа процесс переводят на уровень федеральный. При наличии политической воли за полтора-два года задача может быть в основном решена. И тогда начнется следующий более дифференцированный и качественный этап сокращения. Сокращение чиновников станет также началом реальной борьбы с коррупцией.
Еще одна острейшая проблема и предварительное условие, без решения которого не имеет смысла рассуждать о новых проектах, — возвращение к демократии и гласности. Мы и сегодня живем «под собою не чуя страны». У нас нет статистики, нет правдивых сведений о жизни государства, телевидение почти полностью освобождено от аналитики и рефлексии. Все это заменяет целенаправленное растление аудитории и оглушающий телехохот. Страну формирует тот, кто контролирует финансовые и информационные потоки. Чтобы создать условия для действительного продолжения начатой в России в прошлом столетии и прерванной большевиками модернизации, надо начать с малых, но конкретных действий.
Давайте в течение месяца вернем в Москву выходящую теперь в Киеве программу «Свобода слова». Предоставьте Савику Шустеру и Евгению Киселеву возможность вернуться на наше телевидение. (Постыдные циклы «Дом-2», «Наша Раша», «Комеди-клаб» надо убрать с экрана.) Собственно возвращение программы «Свобода слова» может стать индикатором — сказанное в Вашей статье — это всерьез или нет.
Обсуждаемая публикация озаглавлена «Россия, вперед!», но, как уже отмечалось, неясен смысл обоих терминов, что означает «вперед», куда именно надо двигаться? Постсоветское государство почти 20 лет отказывается провозгласить свою идею, цель, правила и нормы, не определяет свою идентичность. После распада СССР у нас, говоря формально, появилось три возможности ее восстановления.
Что не должно быть, что реально происходит и что же будет с Родиной и с нами?
А. Один из возможных псевдовариантов — превращение России в новое, уменьшенное издание СССР. Плавно восстановленная с 2000 года гиперреклама сталинщины хорошо поработала на эту модель. В результате антирусские настроения в Центральной Европе и СНГ резко усилились, а внутри страны очки набрала компартия, с политическими исками в суды поползли мракобесы. Теперь власти вынуждены отыгрывать задний ход и через тот же Басманный суд «тормозить» жалобу младшего Джугашвили.
Б. Другой псевдовариант — полный отказ от всей своей истории и слепое копирование Запада — комментировать не имеет смысла.
В. Третий маршрут весьма сложный, но единственно ведущий к исцелению — Преемство с исторической Россией. Вместо ленинского революционного «до основания» нам необходимо продолжить, насколько это еще возможно с учетом происходивших семь десятилетий изменений, с учетом достижений Запада великую российскую историю. Реформы начала прошлого века, преобразования С. Витте, П. Столыпина, Николая II надо вывести на уровень великой российской реформации. Советский период в двенадцативековой истории страны — это нечто подобное монгольскому игу, хотя и его одной краской не нарисуешь. Как писал в 1918 году Василий Розанов, «над русскою историей опускается железный занавес». Необходимо занавес поднять. «Если мы хотим вернуться, время вернуться домой». Философия и стратегия Преемства выявлена и подробно описана отечественной наукой, но эта концепция сознательно игнорируется нынешней властью. Маршрут Преемства фактически опробован большинством стран Центрально-Восточной Европы.
За недостатком места отмечу лишь одну составляющую этой концепции — идею перехода страны от экстенсивного роста, от собирания земель к росту качественному, к философии обустройства. Политический класс, двумя ногами стоящий в прошлом, десятилетиями говорящий об инновациях, реально способен опираться только на примитивный сырьевой экспорт, строительство нефте- и газопроводов продолжается. При таких условиях чем меньше население, тем выгоднее делить доход, тем богаче сами делящие. Поэтому «постсоветский Голодомор» вовсе неслучаен.
Отказ от качественного развития приводит и ко многим другим негативным последствиям, например, к целенаправленному разрушению системы образования. Среднее образование навязывает школьникам заменяющую познание натаскиванием и отвергаемую всей страной «систему ЕГЭ». В высшей школе по признанию министра 90% вузов не работает на уровне вузов. Гуманитарной подготовки не существует вовсе. Целенаправленно проводится политика качественного изменения состава населения, талантливую молодежь выталкивают за границу, зато 10 или даже 14 миллионов гастарбайтеров с лопатами призваны в Россию.
Сказанное поясняет, почему существующая власть под разными соусами 20 лет отказывается определить свои правила и нормы, предлагая взамен винегрет из трех описанных моделей. Кремль занимает позиции то российские, то антироссийские, то советские, то антисоветские, то западные, то антизападные. Поэтому Ленин в Мавзолее, а убитый им Николай II — в Петропавловке, флаг у нас Российский, а гимн — советский, к Солженицыну приезжал Путин, а на Подрабинека наезжают поддерживающие Путина «Наши»… Попытка соединить несовместимое уничтожает всякие правила и снимает вопрос об ответственности. Ведь отвечать можно за выполнение или нарушение правил, а если их нет — отвечать не за что. Не определяя свою идентичность, не определяя лицо, Россия, как часть всемирной социокультурной системы и мировой истории, просто исчезает. Поэтому без принятия обновленной и реформированной российской идеи выстраивание новых проектов теряет всякий смысл.
Может ли президент принять радикальные решения. Способен ли нынешний ни за что не отвечающий политический класс осуществить преобразования?
Причинив России неимоверные страдания, вызвав небывалые потери, коммунистическая номенклатура не построила никакого коммунизма, как постсоветская номенклатура не приблизила нас к демократии. Деструкция продолжается и в самое последнее время, что можно проиллюстрировать несколькими подводящими к выводам сюжетами.
Год «борьбы с коррупцией» заметно ускорил ее рост и увеличил размер взяток вдвое. Декларации о сокращении госаппарата сопровождаются удвоением его численности за 10 лет. Три года назад единороссы объявили в своем программном документе, что их цель — «создать пояс дружбы вокруг России». В результате у нас не осталось ни одного союзника, а СНГ тихо умер. Народ призывают жить под лозунгом «Парламент — не место для дискуссии, больница — не место для лечения, наш главный враг — Украина». Впрочем, похоже, и сам парламент, его «оппозиционные» фракции это уже не устраивает.
Недавняя встреча премьера с литераторами подтвердила — СМИ больше не способны удерживать его рейтинг среди интеллектуалов. А тот «из интеллигенции», кто активно служит начальству, быстро теряет уважение и тянет авторитет руководителей вниз. Поэтому Путин поехал «набирать очки» не к «верному Михалкову», а к членам «ПЕН-клуба», хотя изначально ясно, что попытка сделать Архангельского новым Михалковым приведет к тому же итогу.
Говоря о неспособности власти к изменениям, стоит сказать о Саяно-Шушенской катастрофе. Авария на ГЭС вовсе не научила устранять ошибки, а вызвала драку политгруппировок. Но если главный инженер ГЭС создал «боковой бизнес» — ремонтирующую ее стройорганизацию, а главбух осуществлял финансовый контроль ремонтников, т.е. платил самому себе, то это и есть уменьшенная копия управляющей страной системы. Вся Россия — это Большая Саяно-Шушенская ГЭС, где исполнителей не отличить от законодателей, где Конституционный суд уехал не в Питер, а в никуда, где выборы и многопартийность имитируются и где вертикаль власти стремится себя дополнить вертикалью мысли.
Наши начальники постоянно обещают выполнять социальные программы, оно и понятно — массовые антизурабовские выступления могут повториться. Однако на деле сохранение антисоциального характера государства остается одной из наиболее острых проблем, и это связано не только с демографией. Антисоциальность и коррупция — это сообщающиеся сосуды, мздоимство — не просто взятки и откаты, на которые уходит половина госбюджета. Феномен коррупции шире. Это создание чиновниками правил, при которых их служебное положение используется для личного обогащения. Когда начальников обязали декларировать годовые доходы, многие изумились. Господин Шувалов расписался за 360 миллионов (по миллиону рублей в день), а Батурина декларировала более 7 миллиардов рублей — это годовая зарплата 50 000 учителей! Беда как раз в том, что толстосумы, скорее всего, не нарушили закон. Они просто сделали его таким, при котором миллиарды беспрепятственно текут в их карманы. Одновременно они вытолкнули на улицу 4,5 миллиона бомжей. И первое, и второе — в строгом соответствии с законом! Антисоциальный характер проводимой политики, несправедливая налоговая система не просто нарушают Конституцию, они разрушают человеческие правила и нормы жизни. <...>
Игорь Чубайс
доктор философских наук,
директор Центра по изучению России
28.10.2009
..."(полный текст)
P.S... (НЕЗАКОНЧЕНО!)
Сообщения
